Д-р Мартин Лютер. "Шмалькальденские артикулы". Раздел 3.

Раздел 3.

Оглавление.

Назад.

Артикул III: О монашеских орденах и монастырях

Что монашеские ордены и монастыри, [коллегии (учебные заведения) каноников и коммунные обители], которые были основаны в прежние времена с добрыми намерениями [нашими праотцами] для воспитания просвещенных мужчин и целомудренных [и благопристойных] женщин, вновь следует реорганизовать так, чтобы их можно было использовать для этой цели, чтобы можно было иметь пасторов, проповедников и других служителей церквей, а также других необходимых людей [пригодных] для [политического управления] светского управления [или для всеобщего блага] в городах и селах, а также хорошо воспитанных дев, которые могут стать матерями, домохозяйками и т.п. Если они [монастыри] не служат данной цели, то лучше бы их покинуть или разрушить до основания, чем сохранять со всеми этими богохульными служениями, изобретенными людьми и почитаемыми как нечто лучшее, чем обычная христианская жизнь, а также [как что-то лучшее, чем] служения и призвания, заповеданные Богом. Ибо все это также противоречит первому и главному артикулу об искуплении, совершенном Иисусом Христом. Добавьте сюда, что (подобно тому, как и другие человеческие измышления) они не были заповеданы, а также что они являются ненужными и бесполезными, и, кроме того, создают возможность для опасного и тщетного труда [опасного раздражения и бесполезного поклонения], такого служения, которое пророки называют термином Авен, то есть тщетой.

Артикул IV: О папстве

Что папа, согласно божественному закону и Слову Божию, вовсе не является главой всего христианского мира (ибо это [имя] принадлежит только Одному — Иисусу Христу). Папа же является лишь епископом и пастором церкви Рима, а также тех, кто добровольно, или посредством человеческой власти (то есть через мирские власти) присоединился к нему, чтобы быть христианами не под ним, как под господином, но с ним, как с собратом и товарищем, о чем говорят древние Соборы времен Св.Киприана.

Сейчас же никто из епископов не смеет обращаться к папе, как к брату, как это было раньше [во времена Киприана]. Но все, даже если они являются королями или императорами, должны называть его всемилостивым господином. Это [такое невежество] мы не будем, не можем и не должны принимать на свою совесть [одобрять с чистой совестью]. Тот же, кто принимает [поступает так], пусть делает это без нас [на свой страх и риск].

Следовательно, все, что папа совершил, пользуясь своей ложной, пагубной, богохульной и высокомерной властью, было и по-прежнему является (за исключением того, что относится к светскому правлению, где Бог даже тиранам и [вероломным] негодяям позволяет совершать много благого для людей) исключительно дьявольскими делами и происками, направленными на разрушение всей святой [католической или] христианской Церкви (настолько, насколько это в его власти), а также к уничтожению первого и главного артикула об искуплении, совершенном Иисусом Христом.

Ибо все дошедшие до нас его [папские] буллы и книги, в которых он рычит как лев (как Ангел описывает его в Откр.12), [восклицают] что ни один христианин не может быть спасен, покуда не покорится ему и не будет ему повиноваться во всем, чего бы он ни пожелал, что бы ни говорил и что бы ни делал. Все это в совокупности равносильно тому, чтобы сказать: “Хотя вы, веруете во Христа и имеете в Нем [одном] все, что необходимо для спасения, все же это ничто, и все тщетно до тех пор, пока вы не почитаете меня своим богом [не служите мне как своему богу] и не повинуетесь мне”. И все же очевидно, что святая Церковь существовала без папы, по меньшей мере, более пятисот лет, и что в настоящее время церкви Греции и многих других языков [стран] не подчинялись и не подчиняются папе. Кроме того, как уже неоднократно отмечалось, это [папство] является человеческим вымыслом, не заповеданным, ненужным и бесполезным. Ибо святая христианская [или католическая] Церковь могла бы прекрасно существовать без такой головы и, несомненно, была бы еще и лучше [была бы чище и преуспевала бы более], если бы дьявол не напялил на нее такую голову.

И папство не приносит Церкви никакой пользы, поскольку оно не осуществляет никакого христианского служения. И поэтому Церкви необходимо далее существовать без папы.

И если предположить, что папа уступил бы в этом вопросе и перестал бы считаться верховным правителем по божественному праву, или по Божьей заповеди, но мы должны были бы иметь [должны были бы избирать] главу, которому все остальные оставались бы верными [которого все придерживались бы, как своей опоры] для того, чтобы сохранять [согласие и] единство христиан в противостоянии сектам и еретикам, и что такой глава избирался бы людьми, и что люди по своему выбору и своей властью могли бы заменять или отстранять этого главу — подобно тому, как относился к вопросу о папстве Констанцский Собор, сместив трех пап и избрав четвертого — если предположить, говорю я, что папа и римский престол пошел бы на уступку и принял это (что, однако, невозможно, потому что в таком случае все его царство со всеми его правами и книгами было бы низвергнуто и уничтожено, чего он, попросту говоря, сделать не может), тем не менее, даже это не оказало бы никакой поддержки Христианству, но возникло бы еще больше сект, чем раньше.

Ибо поскольку люди должны были бы повиноваться такому главе не по заповеди Божьей, а в свое удовольствие [по доброй воле], то они очень скоро стали бы пренебрегать этим, и в конце концов — не осталось бы ни одного [повинующегося]. Также это [папство] не было бы привязано к Риму или какому-то другому месту, но могло бы быть в любом месте и в любой церкви, которой Бог даровал бы человека, пригодного для служения [способного на то, чтобы взять на себя столь великое служение]. О, какие трудности и какую путаницу [замешательство] это могло бы повлечь за собой!

Поэтому невозможно управлять Церковью и сохранять ее лучше, чем когда мы все живем под одним Главой, Христом, и все епископы, равные в служении (хотя они и не равны по дарам), усердно поддерживают единство в учении, в вере, в Таинствах, в молитве, в делах любви и т.д., как пишет Св. Иероним об александрийских священниках, которые вместе и в согласии между собою управляли церквями, как поступали и Апостолы, а впоследствии — все епископы в христианском мире, до тех пор, пока папа не превознес себя над всеми.

Это учение убедительно показывает, что папа является самым настоящим антихристом, который превознес себя над Христом и противопоставил себя Христу, потому что он не допускает, чтобы христиане обретали спасение без его власти, которая, однако же, сама по себе ничто, не установлена и не заповедана Богом.

Это и означает, собственно говоря: “Противящийся и превозносящийся выше всего, называемого Богом”, как Павел говорит во 2Фессал.2:4. Даже турки и татары, великие враги христиан, не поступают так, но позволяют тем, кто хочет, веровать во Христа, [лишь] взыскивая с христиан дань и требуя повиновения.

Папа же запрещает эту веру, утверждая, будто для того, чтобы спастись, человек должен повиноваться ему. Этого мы не желаем делать, даже если из-за этого нам придется умереть во имя Божие. Все это проистекает из того факта, что папа пожелал называться верховным правителем христианской Церкви по божественному праву [jure divino]. Соответственно, он должен был сделать себя равным Христу и выше Его, а также — чтобы его провозгласили главой и господином Церкви, и, наконец, всего мира, и даже богом на земле, и осмелился даже давать заповеди Ангелам на небесах.

И если отделить папское учение от Святого Писания или сверить его по Писанию, обнаруживается [становится очевидным], что папское учение, в лучшем случае, заимствовано из имперского и языческого закона и, как показывают декреталии, имеет дело с политическими вопросами и решениями или правами. Более того, оно без всякой меры учит о церемониях, касающихся церквей, одеяний, пищи, людей и [тому подобным] ребячествам, показным и смехотворным вещам, но все это не имеет никакого отношения ко Христу, к вере и заповедям Божьим.

Наконец, это не что иное, как сам дьявол, потому что, превозносясь над Богом и вопреки Ему, он навязывает [и распространяет] свои [папские] ложные измышления о мессах, чистилище, монашеской жизни, человеческих добрых делах и [вымышленном] богослужении (ибо в этом и состоит само папство [на земле, на которой папство целиком и полностью основывается и стоит]), [он] проклинает, убивает и мучит всех христиан, которые не превозносят и не почитают эти [папские] мерзости превыше всего. Поэтому, так же, как мы не можем служить самому дьяволу, как Господу Богу, мы не можем выносить и его апостола, папу, или антихриста, когда он правит, как глава или господин. Ибо ложь и убийства, уничтожение тела и души навеки — вот в чем на самом деле состоит его папское правление, и это я достаточно ясно показал во многих своих книгах.

В этих четырех артикулах они [наши оппоненты] найдут достаточно для осуждения на Соборе. Ибо они не смогут уступить нам и не уступят, даже в чем-то самом незначительном, ни в одном из данных артикулов. В этом мы должны быть уверены и воодушевлять себя [быть готовыми и утверждаться] надеждой на то, что Христос, наш Господь, напал на Своего противника, и Он доведет это до конца [продолжит это и уничтожит его] как Духом, так и пришествием Своим. Аминь.

Ибо на Соборе мы предстанем не перед императором или мирскими властями, как это было в Аугсбурге (где император опубликовал милостивейший указ и повелел слушать дело доброжелательно [и беспристрастно]), но [мы явимся] перед папой и самим дьяволом, который ничего не намерен выслушивать, а лишь [когда дело публично оглашено] осуждать, убивать и принуждать к идолопоклонству. Посему нам не следует ноги ему целовать или говорить: “Вы, милостивый господин мой” — но сказать так, как сказал Ангел сатане в Зах.(3:2): “Господь да запретит тебе, сатана”.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Что касается следующих артикулов, мы могли бы обсудить их с просвещенными и разумными людьми или промеж себя. Папа и его правление не особенно-то печется об этом. Ибо для них совесть — ничто, а деньги [слава], почести, власть — все.

I. О грехе

Здесь мы должны исповедать, как Павел говорит в Рим.(5:11), что грех произошел [и вошел в мир] от одного человека, Адама, непослушанием которого все люди стали грешниками, [и] подверженными смерти и дьяволу. Это называется первородным или основным грехом. Плодами этого греха впоследствии стали дьявольские деяния, которые запрещены в Десяти Заповедях — такие, как неверие, ложная вера, идолопоклонство, отсутствие страха Божия, самонадеянность [безрассудство], отчаянье, слепота [или полное отсутствие видения], и, короче говоря, незнание или непризнание Бога. Затем — ложь, злоупотребление именем Божиим [лжесвидетельство], пренебрежение молитвой, отказ от взывания к имени Божию, непочтительность [презрение] к Слову Божию, непокорность родителям, убийства, нецеломудренность [разврат], воровство, обман и т.п.

Этот наследственный [первородный] грех является столь глубоким [и омерзительным] развращением сущности [человеческой], что его невозможно постичь никаким разумом, но [он должен быть познан и] в него следует поверить из откровений, данных в Святых Писаниях: Пс.50:7, Рим.5:12 и далее, Исх.33:3, Быт.3:7 и далее.

Следовательно, все, чему учат доктора-схоласты относительно данного артикула, есть заблуждение и слепота, а именно: Будто со времени грехопадения Адама естественные силы человека остались целыми и неразвращенными, и что человек по природе своей имеет праведный разум и благую волю. Этому учат философы.

Опять же, будто человек имеет свободную волю [может выбирать] творить добро и не совершать зла, и, наоборот, не совершать добра и творить зло.

Опять же, будто человек своими естественными силами может соблюдать и исполнять все заповеди Божии.

Опять же, будто своими естественными силами человек может возлюбить Бога более всего на свете, а также ближнего своего, как самого себя.

Опять же, будто, если человек делает все, что только может, Бог непременно дарует ему благодать.

Опять же, будто если он желает прийти к Причастию, то ему не обязательно иметь намеренье творить добро, но достаточно того, если он не имеет порочного намерения грешить. Настолько благим, дескать, является его естество, и столь действенно Причастие.

[Опять же], будто в Святом Писании не утверждается, что для совершения добрых дел необходим Святой Дух с Его благодатью.

Все это и многое подобное возникло из недостатка понимания и невежественных представлений как о грехе, так и о Христе, нашем Спасителе. И эти утверждения являются воистину языческими догматами, с которыми мы не можем мириться. Ибо если бы это учение было истинным, то Христос умер [бы] напрасно, поскольку в человеке нет ни изъяна, ни греха, за который Ему надлежит умереть. Или же тогда Он умер [бы] только за плоть, а не за душу, поскольку душа [совершенно] здорова, и только тело подвержено смерти.

II. О Законе

Здесь мы утверждаем, что Закон был дан Богом прежде всего для того, чтобы сдерживать грех угрозами и страхом наказания, а также обетованием, предложением благодати и добродетели [помощи, благодеяния]. Но все это потерпело неудачу из-за порочности, которую грех произвел в человеке.

Ибо таким образом некоторые люди стали только хуже, а именно — те, кто враждебно настроены к Закону [ненавидят Закон], потому что он запрещает то, что им нравится делать, и предписывает то, что им вовсе не хотелось бы совершать. Поэтому везде, где они могут избежать наказания [если они не сдерживаются наказанием], они совершают еще больше против Закона, чем раньше. То есть это невежественные и порочные люди [необузданные и не осознающие своей греховности], творящие зло всякий раз, когда [видят, что] им представляется такая возможность.

Другие становятся слепыми и невежественными, обретая [дерзкое] мнение, будто они соблюдают Закон собственными силами , как было сказано выше о теологах-схоластах. Отсюда происходят лицемеры и [люди, уповающие на собственную праведность, или] лжесвятые.

Но главное служение или сила Закона заключается в том, что он открывает первородный грех со всеми его плодами и показывает человеку — как низко пала его сущность [природа], какой [абсолютно и] совершенно развращенной она стала. Поскольку Закон должен говорить человеку о том, что тот не имеет ни Бога, ни почтения [стремления] к Богу, и что он служит иным богам — [то,] во что без Закона человек не поверил бы. Так он устрашается, смиряется, падает духом, погружается в отчаянье и, взволновавшись, начинает желать помощи, но не видит выхода. Он становится врагом Божиим, начинает роптать и т.д.

Вот о чем говорит Павел в Рим.(4:15): “Ибо закон производит гнев”,— а также в Рим.(5:20): “Закон же пришел после, и таким образом умножилось преступление” (то есть грех усилился Законом).

III. О покаянии

Это служение [Закона] Новый Завет сохраняет и усиливает, как говорит Св. Павел в Рим.(1:18): “Ибо открывается гнев Божий с неба на всякое нечестие и неправду человеков, подавляющих истину неправдою”. И еще (3:19): “Весь мир становится виновен пред Богом, потому что делами закона не оправдается пред Ним никакая плоть”. И Христос говорит (Иоан.16:8): “Он [Святой Дух], придя, обличит мир о грехе”.

Таким образом, это является молнией Божьей, которой Он поражает сразу [повергает на землю] как отъявленных грешников, так и лжесвятых [лицемеров], и не позволяет никому быть правым [никого не провозглашает праведным], но повергает их всех вместе в страх и отчаянье. Это молот, как говорит Иеремия (23:29): “Слово Мое не подобно ли огню, говорит Господь, и не подобно ли молоту, разбивающему скалу?” Это не activa contritio, или напускное покаяние, но passiva contritio [муки совести], искреннее сожаление сердца [скорбь], страдание и ощущение смерти.

Вот это и есть начало истинного покаяния. И здесь человек должен выслушать приговор, подобный следующему: Вы все — ничтожества, независимо от того, являетесь вы очевидными грешниками или [по собственному мнению] святыми. Вы должны измениться, [стать] и поступать иначе, чем то, что вы сейчас есть и как вы сейчас поступаете [независимо от того, какими людьми вы являетесь], какими бы великими, мудрыми, могущественными и святыми вы ни были. Никто здесь не является [праведным, святым,] благочестивым и т.д.

Однако, к этому служению Новый Завет немедленно добавляет утешительное обетование о благодати через Евангелие, в которое следует веровать, как провозглашает Христос в Марк.(1:15): “Покайтесь и веруйте в Евангелие”, то есть станьте другими, поступайте иначе и веруйте в Мое обетование.

И Иоанна [Крестителя], предшествовавшего Ему, называли проповедником покаяния, но для прощения грехов, то есть Иоанн должен был обличать всех людей и убеждать их, что они являются грешниками, дабы они могли знать, кем они являются перед Богом, могли признать, что были потерянными людьми и могли, таким образом, подготовиться к пришествию [Господа], к принятию благодати, чтобы ожидать и принимать от Него прощение грехов.

Об этом и Сам Христос говорит в Лук.(24:47): “И проповедану быть во имя Его покаянию и прощению грехов во всех народах, начиная с Иерусалима”.

Всякий же раз, когда один Закон, без добавления к нему Евангелия, производит свое служение, он несет не что иное, как смерть и ад, и человек должен впасть в отчаянье, подобно Саулу и Иуде, как Св. Павел говорит в Рим.(7:10-11): “А я умер; и таким образом заповедь, данная для жизни, послужила мне к смерти, потому что грех, взяв повод от заповеди, обольстил меня и умертвил ею”.

В свою очередь, Евангелие несет утешение и прощение грехов — и не только одним способом, но через Слово, Таинства и тому подобное, как мы услышим далее, для того, чтобы было у Господа “многое избавление”, как говорит Пс.129:7, от ужасного рабства греха. Однако нам необходимо теперь сравнить истинное покаяние с ложным покаянием софистов, для того чтобы лучше понять оба эти явления.


Оглавление.

Далее.


Создано на конструкторе сайтов Okis.

Билли Грэм.

Чтение на 7 января.

 

Билли Грэм.

Чтение на 6 января.

 

Билли Грэм.

Чтение на 5 января.

Объявление.

Творческий отпуск.

 

6 декабря.

Д-р Мартин Лютер.

"Христианский путеводитель".